solodka (solodka) wrote,
solodka
solodka

Королева и хищница

Часть I. Императрица: дама без страха и упрека.

Часть II. Хищница: дама без камелий.

Через десять лет после того, как Ломоносов закончил "Оду императрице Екатерине Алексеевне на ее восшествие на престол," в 1772 году, в Париже, появилась молодая женщина. Она представлялась Алиной Тремуйль и была, по воспоминаниям современников, ослепительно красива, умна, образованна. Она немного косила, но даже это придавало ей шарм. А ее глаза меняли цвет -- от синего до почти черного. Говорили -- она похожа на итальянку. Возможно, она была еврейкой. Впоследствии английский посол в России утверждал, что ее отец -- трактирщик из Праги, английский консул в Ливорно, -- что он булочник из Нюрнберга. Она прекрасно владела немецким и французским, хорошо говорила на английском и итальянском, совсем не знала русского и польского, но утверждала, что умеет по-арабски и персидски. И что самое главное, она могла свести с ума любого мужчину.

Алину, или, как ее называли в Париже, Али-Эмете, сопровождали двое мужчин, барон Шенк и барон Эмбс. Одного она представляла как управляющего, другого -- родственником. На самом деле, только один из них был бароном, зато любовниками были оба. О своем происхождении Алина рассказывала так: она дочь черкесского князя, после смерти которого воспитывалась в Персии богатым дядюшкой; дядюшка отправил ее в Европу в образовательных целях, а сам быстро скончался, и теперь она обладательница огромного наследства, которое вот-вот прибудет. Первым попался на Алинин крючок граф Огинский, польский посол. Вскоре версия о происхождении красавицы несколько изменилась: родилась она в России, в семье князей Владимирских, но воспитывалась все тем же персидским дядюшкой с наследством и вот собирается на родину -- вступать в свои законные княжеские права. Никаких князей Владиирских в России не существовало вот уже два века, но во Франции об этом не знали. Да и, похоже, не стремились.

Вслед за графом Огинским в Алину влюбился маркиз де Марин, немолодой, но все еще ценитель женской красоты, имевший много связей при дворе Людовика XV и очарованный русской княжной до готовности к полному разорению. Следующим пал граф Рошфор-де-Валькур, гофмаршал князя Лимбургского, представлявший в Париже интересы своего государя. Влюбился граф настолько, что немедля предложил Алине руку и сердце. Та согласилась, и граф отправился за согласием князя. Алина тем временем вела роскошную жизнь. Оба барона брали для нее огромные кредиты, а персидское состояние все как-то не являлось. Граф и маркиз тоже уже изрядно подрастрепали денежные запасы в угоду своей даме. Кредиторы начали преследовать баронов, один из них угодил в тюрьму, но маркизу удалось его освободить. Ситуация была неприятная, и Алина решила ехать к жениху. Граф Огинский не мог покинуть свою должность в Париже, а вот маркиз радостно присоединился к компании баронов. Никого из троих это не смущало. Красавицу никто терять не желал.

По дороге барона снова упекли за решетку, но граф Рошфор узнал об этом и пришел на помощь. Он был влюблен и, по-видимому, так много и горячо рассказывал князю о своей даме, что князь заинтересовался и захотел встретиться с предметом страсти своего гофмаршала. Знакомство состоялось. Князь был очарован. Вскоре он стал везде появляться с "княгиней Владимирской," щедро одаривал ее, а летом 1773 года увез в свой франконский замок Нейсес. Граф Рошфор-де-Валькур был недоволен: как, князь увел его невесту! А князь, дабы граф громко не обижался, обвинил его в государственной измене и посадил в тюрьму.

В Нейсесе Алина вела роскошную жизнь, и князь ей ни в чем не отказывал. Но как-то не спешил с предложением о замужестве. Тогда "княгиня" объявила о своей беременности. Князь, счастливый будущий отец и благородный человек, тут же выразил готовность жениться. Видимо, это было всего полдела: выйти замуж за влиятельного князя и получить титул хорошо, но ей нужно было большее. И Алина в срочном порядке засобиралась в Персию -- по неотложным делам. Князь запаниковал. Он уговаривал ее остаться и выйти за него поскорее. "Княгиня" то соглашалась, то меняла решение. Князя раскачало настолько, что он подарил невесте целое поместье Оберштейн, с замком. Алина "смягчилась," дала согласие на брак, воссоединилась с князем, а потом переехала в собственный замок.

В замке ее стал навещать незнакомец. Он приходил каждый день, и они беседовали по несколько часов. Князь растерялся, запаниковал. Он ревновал, негодовал, подозревал роман, тем более что Алина заметно к нему охладела и замуж не торопилась (да и младенец как-то незаметно улетучился). Однажды она обмолвилась, что готовит некое важное и выгодное предприятие, и тут же попросила у князя денег. Совсем скоро до князя дошли слухи, что в замке Оберштейн проживает не кто иной, как родная дочь Елизаветы Петровны, внучка Петра I, принцесса Елизавета.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic
  • 5 comments